Originally published at Блог "Манкурты". You can comment here or there. </p>
Подогнал мне уважаемый Лычаков ссылочку на воспоминания о Львове известного польского писателя, увы, уже покойного Ежи Яницкого. Спасибо. Долго я “колебался, все сомневался, опасался” - переведу ли текст видеоролика на русский? Хотя бы бегло, в общих чертах, в сокращенном варианте….
Решился, потому что интереснейший рассказ в исполнении талантливого, старого и мудрого человека. Провозился часа полтора и предлагаю вам следующий план. Сначала те, кто не знают польского, читают нижеследующий перевод. Потом смотрят ролик, узнают знакомые слова и места и вместе с паном Ежи чувствуют комок в горле. А уж после ролика циник и мерзавец Манкурт все это обгадит, обгадит и еще раз обгадит. Поэтому текст после ролика особо впечатлительные и тонкие натуры могут не читать.
Засим приступим.
В начале пан Ежи рассказывает, как его в советские времена встретил у трапа самолета представитель украинского радио и повез во Львов. Приехали. Яницкий помнит старые названия улиц, а сопровождающий называет новые.
- По дороге спрашиваю - а где буду жить?
- В Интуристе!
Я понял, что это, видимо, и есть тот самый знаменитый “Жорж”. Ну, проехали Валы Гетманские, Легионув, подъезжаем к “Жоржу”, родители мои там в свое время, бывало, обедали. Помню по их рассказам о новогодних балах в отеле, где бывали и Бальзак, и Ян Кепура, и Пилсудский. На этих балах была своеобразная традиция, ритуал, когда в самом начале командир 14 полка уланов язловецких входил в зал, ведя на поводу уланского коня, обутого в специальные мягкие башмачки. Полковник Годлевский шел от столика до столика, вручал дамам белые или красные гвоздики, а конь грациозно приседал у каждого столика.
И вот нахожусь я в этом зале, где, закрыв глаза, еще можно представить себе эту уланскую кобылку, смокинги, лакированные штиблеты и вижу троицу музыкантов - один с гармонью, другой, уж не припомню, вроде с трубой, а на паркете две советские бабы - одна в зеленом платьице и юхтовых ботинках с другой танцует и это было таким контрастом с тем, что я знал об этом знаменитом “Жорже” и воочию увидел! Людей немного, взял я меню, а перед этим, когда бывал в Киеве, Одессе или Харькове по программе этого месячника польской культуры, то всегда подавали мне одно и то же - котлеты-по киевски, котлеты рубленые, ветчина и что-то там еще. И конечно, я по каким-то метафизическим принципап вообразил себе, что наконец-то я во Львове отведаю что-то человвеческое….. Открываю меню - котлеты по-киевски, бифштекс рубленый, бифштекс натуральный, лангет из ветчины - курва его мать!
Но тут официант наклоняется ко мне и на чистейшем польском говорит - зачем пан так нервничает?! Желаете котлетку по-венски? Хотите с яичком? Сделаем с яичком!
Оказывается, он довоенный польский еврей, тут же принес мне все, чего не было в меню - шницелёк по-венски с яичком и впридачу водочки, которой я не заказывал, говорит:
- Вы что, со мной не выпьете?
- Ну, хорошо, давайте, только побыстрее.
- А куда торопиться? Вы сегодня приехали? Так я вам скажу, куда вы торопитесь! Точно сегодня приехали? Тогда знаете - лучше, если вы со мной пойдете.
Дал мне счет, я рассчитался и пошли мы с ним. Приходим на пляц Бандровскего и вижу я перед собой свою прекрасную Лычаковскую, которая когда-то казалась мне длинной и могучей, как какая-то Пятая авеню, а тут вдруг вижу кучу двухэтажных зданий и улицу, на которой с трудом разъезжаются два трамвая. И угол, храм Петра и Павла, дом 84, где был магазин канцтоваров, или как говорили во Львове, склеп папежовый, а уж рядом с ним дом деда, а потом, как оказалось, и мой - 84а. Внизу парикмахерская, как и до войны было, хозяином был пан Зоммер, еврей, который по слухам погиб во львовском гетто или в Яновском лагере, и память я котором я позднее решил сохранить через фамилию персонажа в сценарии “Польских дорог”…..
Напротив - горбатая улочка Крупярская, ведущая на Кайзервальд, а знаменитая тем, что там под шестым номером жил мой идол, да и не только мой, а всего Львова Тонько (надо понимать - знаменитый ведущий львовского радио, выступавший в паре со Щепком - Манкурт) и в этот момент посмотрел я на второй этаж дома - до этого не мог решиться - а мы занимали почти весь второй этаж. И вот, смотрю я на окна и в моей комнате, то есть в моей и сестры - не забуду уже до конца этого зрелища. Бумажка папиросная гофрированная, а за ней на подоконнике - две банки зеленых соленых огурцов!
Комок какой-то от живота поднялся и встал у меня тут, в горле, и за секунду все, что до того давило на мысли - эти окна, этот подоконник, истертый локтями моими и моей сестры, окна, через которые столько поколений Лукасевичей и Яницких смотрело - вдруг все сжалось до этих двух банок огурцов. И тогда вместе с этим комком в горле и прикушенной губой вдруг услышал от этого, как потом оказалось, Юзефа:
- Ну! Я же говорил вам, что не стоит идти самому, я же вам говорил!
Какой все же был умный человек!
</p>
Хорошо рассказывает. Посмотрю на днях эти “Польские дороги”, положил в закладки себе.
Правду говорит? Несомненно! Вызывает сочувствие? Однозначно! Можно его понять? Конечно!
Но я все-таки не поляк, а русский, и как не давлю в себе эти гены проклятые, а они лезут и лезут. И нема на то рады. Не хочу даже особо развозить по бумаге несомненный для меня факт, что замечательный, умный и чуткий официант “Интуриста” Юзеф вечером отчет куда положено под настольной лампой писал, пока жена мирно сопела. Однозначно. Я три года “Интурист” курировал, в эту часть дел меня особо не посвящали, но о кадрах заведения имел неплохое представление. В общем, как говорится, давайте не будем…. Классика.
Хотя это ерунда. Теперь вариации на тему русских баб, щеголяющих в Опере в ночных сорочках. У другого польского автора Ежи Грицюка они ходили в красных беретках, потому что надо и для вшей иметь Красный уголок. У Каролины Лянцкоронской это был бравый и до невозможности тупой советский капитан. У Ежи Яницкого бабы в юфтовых башмаках, танцующие друг с другом с зале отеля “Жорж” под гармоху.
Варвары и азиаты. По-польски “барбажиньцы и азиачи”.
Да? Да!
Вместо изысканных польских пань и галантных полковников уланов язловецких с гвоздичками в руках и лошадками в белых тапочках
Да? Да!
В этом месте меня перемыкает. Если вы были такие умные, цивилизованные и богатые, то какого хера вы войну про..али за две недели и под немца легли? И в первый раз, что ли? До сих пор вспоминаю, как Хроники писал и регулярно встречал информации - собрали львовяне деньги на пулеметик и торжественно вручили его Войску Польскому. Поделились от щедрот своих. Так может, надо было как мы? Пупы рвать и под открытым небом на снегу танки собирать, преодолевая тошноту от голодухи? Дико, да? Конечно, дичь азиатская. Но только это мы вас из-под немца вытащили. Грязные, оборванные и голодные. И, кстати, своих евреев спасли, многие из которых сегодня при каждом случае азартно об..рают тех, кто сохранил жизнь их отцам и дедам.
Почему-то оказывается, что от плебейства не спасают ни страна проживания, ни материальное благополучие, ни образование, ни владение язЫками. У них свои гены, у меня свои.
А воспоминания Ежи Яницкого, конечно, хорошие. И человек он, судя по всему, был замечательный. И тоску по Львову можно понять по-человечески. Хотя еще лучше бы его не отдавать, чтобы потом комки слез к горлу не подкатывали. |
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
ugn83's Friends Page
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/community.gif){kind=small}
